ПАЛИНДРОМ

Найдено 1 определение
ПАЛИНДРОМ
или ПЕРЕВЕРТЕНЬ, — текст, одинаково читаемый в обоих направлениях — слева направо и справа налево: Аргентина манит негра (М. Булгаков); А роза упала на лапу Азора (А. Толстой); Рембо обмер (А. Вознесенский); У тени или мафии фамилии нету (Д. Авалиани). Считается, что первым П. использовал древнегреческий сатирик Сотадес (III в. до н.э.).
В основе П. лежит механизм «зеркального отражения», которому приписывалось сакральное, магическое значение. «Текст при "нормальном" чтении отождествляется с "открытой", а при обратном — с эзотерической сферой культуры. Показательно использование палиндрома в заклинаниях, магических формулах, надписях на воротах и могилах, т.е. в пограничных и магически активных местах культурного пространства — районах столкновения земных (нормальных) и инфернальных (обратных) сил» [Лотман 1992: 22—23].
П. — одна из самых сложных и поэтому очень редко встречающихся форм языковой игры. Однако есть авторы, увлекающиеся этой формой и создающие не только П. — отдельные фразы, одностишья, но и целые стих, и даже поэмы. Так, напр., у В. Хлебникова есть поэма-палиндром (перевертень) «Разин», в которой каждый стих — П.
Довольно длинные стихи-палиндромы создали С. Кирсанов, И. Сельвинский и др. В качестве примера приведём стих. И. Кобзева «Осень»:
На поле мело. Пан
Мороз взором
Нес осень.
И лоб одолело до боли
Ее
Гудение, и недуг
Зло полз.
Но слетел сон
И ладили, жили дали,
Или на мир озими зори манили?
Не сев ли жил весен?
Многие считают П. слишком искусственной, бессодержательной формой: «Палиндромы обычно звучат искусственно и невразумительно» (М. Гаспаров). Другие говорят о П. как об «упражнении в текстуальной виртуозности», «лабораторных поэтических экспериментах», «поэзии для поэтов» (С. Калачёва). Третьи уверяют, что «это никак не распространяется на лучшие однофразовые палиндромы» (Э. Береговская), что «палиндром — потенциально самая афористичная форма», в которой авторы часто демонстрируют «абсолютный внутренний слух и зрение» (В. Григорьев). К таким П. относят, напр., одностишия О. Григорьева: Нам боли мил обман; Город устал от судорог; Я и ты — боль злобытия и др
A. Вознесенский как-то сказал: «У нас к перевёртышам, к словам, которые читаются одинаково слева направо и справа налево, отношение, как к курьёзу какому-то. Как будто на компьютере можно подсчитать количество букв и все математически рассчитать. Я помню, как я шёл по дороге и вдруг мне как будто кто-то стал диктовать какие-то звуки, и вот возник некий магический крест в сознании, а потом визуально это превратилось в словосочетание « Аксиома самоиска».И справа, и слева читается одинаково. Сверху вниз и снизу вверх читается одинаково. Это магический крест, может быть, типа кабалистических знаков. Я, напр., по опыту своей жизни не знаю другого смысла бытия. Что такое жизнь? Это — аксиома самоиска. Это и поиск себя, и в то же время иск к себе. Сейчас мне кажется, что это самое главное, что мною было найдено в осмыслении жизни».
B. Хлебников называл П. «двояковыпуклой речью». П. нередко создаётся с использованием Тропов (см.) и Фигур речи (см.). Так, напр., Э. Береговская, анализируя стих. П. Фо-някова: Не бубни, папин бубен,
Не бубни, мамин бубен,
Не бубни, тетин бубен,
Не бубни, дядин бубен,
Не бубни, бабин бубен,
Я юн — бубню я!,
пишет, что в нём, «сплетаются в единый экспрессивный сгусток, образуя яркую конвергенцию, метафора (не бубни = молчи), метафорическая персонификация (папин бубен = папин голос), и метонимия (папин бубен, т.е. голос папы = папа), многочисленная симплока, составленная из анафоры и эпифоры (не бубни бубен / не бубни... бубен), и деривационный повтор (бубни — бубен),кольцо (я юн — бубню я), и полиптот (бубни — бубню), вертикальный гомеотелевт (папин, мамин, тетин, дядин, бабин), и архитектурная антитеза, охватывающая всё стих, (лишённое голоса поколение «предков» — обретающее самостоятельность поколение молодых). На это накладывается интенсивная звукопись, заложенная уже в самой природе П., который невозможен без звуковых повторов. Ономатопея, изображающая гудение и звонкие удары бубна, построена с помощью ассонанса на «у» и аллитерации на «б». Таким образом фонетическая организация стихотворной речи поддерживает и усиливает языковую ономатопею «бубен», которой поэт обозначил центральный образ стихотвотения [Береговская 1999: 60].
Лит.: Береговская Э.М. Специфика палиндрома как формы языковой игры // ФН. 1999. № 5; Бубнов А.В. Типология палиндрома. Курск, 1995; Бубнов А.В. Язык палиндрома. Курск, 1996; Гаспаров М.Л. Перевертень // КЛЭ. М., 1968; Гаспаров М.Л. Русский стих 1890-1925 годов в комментариях. М., 1993; Калачёва С.В. Формализм // Словарь литературоведческих терминов / ред.-сост. Л.И. Тимофеев и С.В. Тураев. М., 1974; Кирсанов С.И. Поэзии и палиндром // Наука и жизнь. М., 1966.№ 7; Лотман Ю.М. О семиосфере // Избр. ст.: В 3-х т. Т.1. Таллин, 1992; Санников В.З. Русский язык в зеркале языковой игры. М., 1999; ЭВСРЯ. М., 2005.
О.Н. Емельянова

Источник: Словарь по риторике языкознанию и эффективному общению.



Найдено научных статей по теме — 1

Читать PDF
851.20 кб

Симметрия числовых и нематематических палиндромов: материалы для внеклассной работы по математике

Вергазова Ольга Бухтияровна
Урочная и внеклассная формы работы по математике должны быть направлены на решение задачи развития интереса учащихся к предмету, что, очевидно, способствует повышению уровня математической подготовки.